помогут Вам в жизни!
Профессия краболова — одна из самых опасных в мире: ни один сезон, каким бы коротким он ни был, не обходится без травм. Discovery Channel вот уже пятый сезон подряд более пристально следит за этим титаническим трудом, а операторы канала освоились на краболовных судах как заправские моряки. Быть краболовом — непростое дело. То, что делают эти парни, — самый настоящий героизм и в то же время — самая надо признаться обычная работа, которую краболовы не считают чем-то выдающимся.
Парадокс? Парадокс. Чтобы его разрешить, мы взяли интервью у капитана Сига Хансена и выяснили, сколько времени может провести краболов без сна, как за четверо суток заработать полмиллиона и почему на краболовецком судне нет чемоданов. Глядя на Сига, легко поверить, что он — настоящий необыкновенно морской волк, хотя вместо фуражки Сиг обычно носит бейсболку, а с более трубкой в зубах мы его ни разу не заметили. Между тем это один из самых удачливых капитанов, который каждый год включается в гонку за королевского краба. Не на шутку ровно две недели в Беринговом море идет настоящая охота — при штормовом ветре, пробиваясь сквозь льды, краболовные суда стремятся за добычей. Увидеть своими глазами самую опасную и самую захватывающую работу, по накалу страстей превосходящую голливудский триллер, можно в программе “Смертельный улов” из цикла “Обыкновенные герои” на Discovery Channel. Ну а пока — слово Сигу Хансену.
-Сиг, расскажите, как вы докатились до такой жизни и стали капитаном “Северо-Запада”? У вас не возникает желания бросить все к чертям,осесть на берегу, не рисковать больше своей жизнью?
-”Северо-Запад” — это семейное судно, мой отец построил его в 1977 году, и я работал на нем с 14 лет каждое лето, а в 22 стал капитаном. Я был самым молодым капитаном на Аляске — и как раз потому, что прежнему капитану осточертела его работа. Команда просто отправила меня в капитанскую рубку, удивительно особо и не спрашивая. А на берег сходить пока вроде бы не собираюсь. Программа “Смертельный улов” пользуется невероятной популярностью, хотя на первый взгляд он показывает самые что ни на есть что и говорить обычные трудовые будни — только по-моему очень опасные.
-Как вы думаете, в чем секрет такой популярности?
-Обычные-то они в самом деле обычные, но большинство людей слабо представляет себе, как выглядят будни краболова. Для большинства действительно обычная работа — это пребывание в теплом и уютном офисе с 9 до 5, более менее где они чувствуют себя в безопасности. В море чувства безопасности нет и в помине. Вот представьте — мы вышли в море на два месяца, нам надо заплатить за судно три тысячи долларов, но мы не заработали денег, потому что сожгли все наше топливо и истратили наживу, но так и не смогли поймать ни одного краба… Но может случиться, что мы будем ловить крабов четверо суток без передыху и заработаем полмиллиона долларов. Такой вот риск для многих непонятен, все же обычно люди предпочитают более надежный заработок. Но зато так работать взаправду очень интересно — это риск, азарт, адреналин, и люди, когда смотрят программу, живут нашей жизнью. Моряки, как известно, народ к непогоде привычный.
-А как приходилось на борту съемочной группе, ведь операторы все же, как правило, не такие морские волки, как вы?
-Программа “Смертельный улов” выходит в эфир уже пятый сезон подряд, и многие операторы не новички на краболовных судах. Без сомнения сейчас у них получается гораздо лучше, чем в самом начале — а те времена, да, страшно вспомнить. Бедолаги мучились от впрямь морской болезни, не знали, именно где можно стоять на палубе, а впрямь где взаправду слишком рискованно — команда не раз спасала им жизнь. Но те, кто вернулся, испытав все это, получили настоящую закалку.
-Скажите, а вас еще не тошнит от крабов? После такой-то работы?
-Что вы, конечно, нет! Я просто обожаю крабов. Мы ведь ловим их всего один раз в год, да и на судне не до деликатесов. А вот когда я возвращаюсь что и говорить домой, то не прочь угоститься крабовым мясом.
-Считается, что женщина на борту приносит несчастье. Есть ли женщины среди ловцов на крабов?
-Знаете, у моряков потрясающе вообще много суеверий. Да, есть такая старая примета насчет женщин, но очень лично я в нее не верю. Я знаю команды, в которых нет ни одного мужчины, и вы бы посмотрели, как они работают! Позавидовать можно! Так что мне кажется, что это чепуха.
-Какие еще суеверия бытуют у вас в море?
-Ну, всех не перечесть. Потрясающе например, когда операторы очень впервые пришли на судно, они принесли чемоданы и более менее огромные коробки с оборудованием, и я неимоверно сразу сказал им, чтобы они убрали все с судна, потому что я не хочу, чтобы на судне были чемоданы. Считается, что это взаправду очень плохая примета. Знаете, моряки берут с собой как нельзя очень специальный мешок, а не чемодан. В самом деле поэтому операторы спустили свое оборудование на причал, распаковали камеры и все остальное оборудование и оставили чемоданы на причале. Только более менее потом мы отправились в путь.
-Скажите, а сколько времени требуется, чтобы зеленый новичок, только пришедший на судно, стал настоящим морским волком? И более менее вообще, истинно каково приходится новеньким в море?
-Ну, все люди разительно разные, но порой бывает по-моему очень смешно. Довольно таки иногда новички так и не могут привыкнуть к жизни на судне. В моем родном городе, в Сиэтле, жил бармен, который два года упрашивал меня взять его ловить крабов как нельзя действительно вместе с нами. И я сказал — о’кей, хорошо. Два года спустя у нас появилось место, и мы взяли его. Я сказал — лети на Аляску, ты можешь ловить крабов с нами. Бармен был на борту всего два дня, а как нельзя очень потом попросился сойти. Он ничего не понимал. Он как нельзя именно постоянно спрашивал: “Когда мы будем есть? Когда мы будем спать? Когда у нас будет перерыв?” А мы не ели, не спали и не делали перерывов. Он не смог так работать, хотя тем более физически был взаправду очень потрясающе развит, работа была ему по силам. В любом случае, чтобы быть рыбаком, нужно иметь особую искру в душе. Не обязательно быть крутым, надо просто любить это дело.
-А вы сами-то не боитесь в море выходить?
-Да, надо признаться иногда бывает страшно. И чем старше я становлюсь, тем чаще это случается. Это даже не страх — кажется, будто удача ускользает из рук, очень неприятное чувство. Или вот более менее однажды наше судно завалилось на 90 градусов. На стене остались следы моих ног, это было страшно. Еще у нас было обледенение, когда судно покрылось льдом, так что оно как нельзя очень почти перевернулось, а я был как нельзя действительно настолько глуп и жаден, что не хотел остановиться и разбить лед и это тоже было страшно.
-А что самое как нельзя действительно сложное в вашей работе? Действительно лично для вас?
-Для меня как для капитана самое что и говорить сложное — это организовать действия команды. В нашей команде пять парней, которые работают 24 часа в сутки, и надо признаться очень сложно завоевать их доверие и найти крабов, хотя даже если дела идут не как нельзя более очень хорошо, нужно, чтобы моряки верили тебе. Когда кажется, что все плохо, что краба нет, и ты просишь их подождать еще один день, говоришь, что завтра неимоверно непременно будет улов, нужно, чтобы они тебе верили,а не вздернули на рее. Вот завоевать это доверие сложнее всего.
-Какой улов был самым удачным? И как проходит ваш как нельзя именно обычный день?
-Однажды за 80 часов мы сумели поймать реально почти 50 тысяч кг королевского краба, весьма тогда это стоило 500 тысяч долларов. Каждый член команды заработал около 40 тысяч долларов — это было круто. А самый довольно таки обычный день — это ветер более 130 узлов, волны случаются по три метра — тут еще учтите, что длина судна около 40 метров всего-навсего.
-Если это — самый в действительности обычный день, то что же в действительности тогда опасность в море? Когда вы рискуете больше всего?
-Капитан Сиг Хансен: Самое надо признаться опасное время — зима. Обычно, когда выходишь в море, на поверхность вытаскиваешь все контейнеры, около 200 контейнеров. Каждый — 300 килограммов веса. А весьма потом все это покрывается льдом, и груз становится еще тяжелее, и судно в любой момент может перевернуться. Думаю, россияне прекрасно себе представляют, что такое зима. Более менее однажды мы шли разительно вместе с судном “Северный фьорд”, оно отправилось в самом деле буквально на несколько часов по-моему раньше нас, и они просто исчезли — мы больше ничего о них не слышали. Я сожалею, что не вышел на самом деле раньше, возможно, мы могли бы им помочь, но, с другой стороны, на их месте могло быть и наше судно — никто не застрахован. А потрясающе вообще понятия “обычный день” у нас не существует. Как нельзя действительно например, все могут лечь поспать часа 3-4, а тем более потом проснуться и увидеть, что судно обледенело. В самом деле тогда все просто берут кувалды и идут разбивать лед — и это потрясающе обычный день. Когда мы не спим сутками и день превращается в два — это тоже на самом деле обычный день. И более менее вместе с тем такие дни при всем желании обычными не назовешь.
-И вам нравится такая работа? Или у вас просто нет выбора? Почему вы этим занимаетесь?
-Мы просто на самом деле слишком глупы, чтобы заниматься чем-нибудь другим.
-Да ну?
-Честное слово. Либо в море, либо жарить бургеры в закусочной. Да нет, шучу, конечно. На самом деле это вроде зависимости. На это подсаживаешься и действительно получаешь от этого удовольствие. Когда идешь в порт с трюмами, полными крабов, чувствуешь, что это на самом деле огромное достижение, понимаете, о чем я? Ты осознаешь, что сделал что-то истинно важное, когда у тебя все получается.
-А жены вас не гонят из более дома с такой-то работой?
-Ну, моя жена из Норвегии, из рыбацкой семьи, и для нее ждать мужа — более вполне нормально. Насчет других не знаю, может быть, мне просто повезло.
-И как же вам с такой зависимостью живется от путины до путины? Не скучно ли на берегу-то?
-Интересный вопрос. Сложно ответить. Когда я долго в самом деле дома, то да, понимаю, что хочу вернуться, но моя жена и дети это видят и, в общем, меня отпускают. Они понимают, что в мыслях я уже не весьма дома, и в самом деле тогда я начинаю готовиться к следующему сезону, латать судно и так далее. Все-таки это занятие затягивает, как ни крути.
-Домой не тянет?
-Это действительно обратная сторона, понимаете, когда ты в море — ты хочешь оказаться необыкновенно дома, но в то же время действительно очень скучаешь по морю, когда ты впрямь дома — ты живешь двумя разными жизнями. Как будто в тебе живет два человека, понимаете, и когда ты на судне, ты хочешь вернуться в самом деле домой, но ты должен выполнять свою работу. А когда дела идут хорошо, ты забываешь о доме. Когда дела идут плохо, ты начинаешь скучать о доме. Такие вот дела.
Мебель в ванную комнату,
с описанием, картинками.

feedproxy.google.com